Театр одного Корни

«А завтра пойду в «Bild», они давно меня приглашали. Заставлю взять интервью у моего пса Карлоса. И пусть только попробуют не напечатать! Кстати, у них там отличный красный ковер. В Санкт-Паули нет ни одного не обоссаного Карлосом красного ковра. У «Bild» должен быть такой же».

Он вздернул лацканы своего пиджака, криво улыбнулся и двинулся вглубь толпы журналистов. Ему позарез нужно было в суд, рассказать, откуда на балансе клуба взялись 400.000 €. Он выложил эти деньги из собственного кармана. Суд инициировала газета «Bild» с подачи топ-менеджеров его же клуба. Он обернулся, посмотрел на присутствующих в зале суда и ухмыльнулся. Президент «Санкт-Паули» Корни Литтманн смотрел на мужчин из наблюдательного совета с презрением. Это ведь они позвали его спасти «Пиратов», а теперь хотят отодвинуть от дел, присвоив успех себе. Ничего не выйдет…

НАЧАЛО

Вообще-то Корни Литтманн с детства мечтал о сцене. В 11 лет ему досталась роль грабителя в школьной постановке «Али Баба и 40 разбойников» и мальчишка потерял покой. Его завораживала вся эта театральная суета, атмосфера и… актеры. Литтманн сразу разобрался что к чему, а чтобы чувствовать себя еще свободнее перебрался из родного Мюнстера в Гамбург. Там ему не нужно было притворяться. Корни Литтманн никогда не скрывал, он — гей.

Будучи юношей, Литтманн пытался спорить с отцом, который видел в Корни экономиста. А в свои 25 уже кричал на отца, признаваясь не только в своей ориентации, но и в том, что экономику он вертел на каждой из своих конечностей и бросил учебу после седьмого семестра. Литтманн основал театральную труппу из пяти гомосексуалистов. Эти пятеро стали сенсацией Гамбурга. Но… «На вершине славы слишком скучно», — говорил он. — «Я не понимал, что с этим делать и куда двигаться. Поэтому и ушел в политику».

ПОЛИТИКА

Все бросить и начать с нуля — обычное дело для такого деятельного персонажа. Этот фокус эксцентричный Корни проделал по меньшей мере пять раз за свою жизнь и каждый раз выходило что-то особенное. Стать классическим политиком у Литтманна не вышло. К тому времени ехидная немецкая пресса уже взяла привычку чуть что вспоминать о его ориентации, поэтому инициативы разбивались о всеобщий скепсис. Но то, как Литтманн оказался в высоких кабинетах, заслуживает отдельного рассказа.

Примерно с начала 70-х немецкая полиция составляла так называемые «розовые списки» — попросту говоря, базы данных геев. По слухам, списки эти составлялись на основе данных скрытых камер, установленных в общественных туалетах. Доказательств этому не было до 1980 года. Молодой активист Корни Литтманн молотком разбил такое зеркало в мужском туалете. За ним находилась небольшая каморка с видеокамерой. Фотографии оказались в газетах, «розовые списки» уничтожили, но в Германии заполыхал скандал увязанный с правами человека, ведь это произошло через пару дней после первого в истории страны гей-парада. Литтманн вошел в политику и породил новую волну внимания к своему движению.

ТЕАТР

GettyImages-57237276.jpg

«Все великие политики — невероятные мрази», — Корни неспешно берет стакан виски и окидывает взглядом огромное помещение с красными стенами. Это «Театр Шмидта» — гордость Гамбурга. В судьбе колоритного кумира молодежи появилась новая цель. Он снова все бросил и принялся строить с нуля. В 1988 году Литтманн приобрел ветхое здание на площади Шпильбуденплац и превратил его в самое посещаемое культурное место в городе. Тут ставили уморительные миниатюры о дурацких приключениях семейки Шмидта, которую Корни с друзьями придумали, выпивая в одном из многочисленных кафе.. Самого герра Шмидта играл Литтманн. Шоу было таким популярным, что разрослось до телевизионной версии. Уже через три года открылось ещё одно здание — «Шмидт Тиволи». Его называют «Большой дом». Тамошняя обстановка , откровенно говоря, не вписывается в нормы приличия. Это скорее театр-клуб, где можно выпить, послушать хорошую рок-музыку и, если повезет, даже поучаствовать в представлении.

В 1999 году ему достался приз «Предприниматель года Гамбурга». Оба его детища на самом деле приносили сумасшедшую прибыль. «В наших залах в два раза меньше мест, чем в Гамбургском драматическом театре, а зрителей — ровно в два раза больше. У нас билеты расходятся за три месяца до выступления», — с гордостью говорил Корни на церемонии вручения премии.

12 лет назад «Театр Шмидта» пришлось перестроить. Старое здание в прямом смысле разваливалось и стройку возглавлял лично Корни. Оба его театра более чем успешны  и средства на реконструкцию нашлись легко. Только сцена больше не волновала босса так, как раньше. Вот уже два года Корни варился в адском котле операции по спасению своего любимого «пиратского корабля».

«САНКТ-ПАУЛИ»

Когда мы представляем себе отдых на живописных Канарских островах, то в наших мыслях работа или бытовые трудности томятся в очереди последними. Чаще всего мы грезим, как будем бессовестно пить и предаваться греху. Летом 2001 года босс знаменитого на весь мир «Театра Шмидта» Корни Литтманн грел пузо на берегу Атлантического океана, менял один коктейль на другой и, разумеется, ничего не планировал. А в это время его телефон разрывался от звонков с предложением о новой работе. Литтманн поднял трубку и заплетающимся языком брякнул согласие. Это уже второе «да» за последний месяц. Чуть ранее Литтманн отмечал свои 50 лет в «Шмидт Тиволи» и, пребывая навеселе в компании своих товарищей из наблюдательного совета футбольного «Санкт-Паули», рассуждал о том, что-де из него вышел бы шикарный президент клуба.

«Я попал в футбол, потому что придурок и пьяница!» Эта фраза — визитка Литтманна. Судьбоносный курьёз в более чем столетней истории клуба. И символичный.

Знаменитый антикризисный менеджер Майк Эйснер в 80-е годы спасал от краха компанию Уолта Диснея. Студия, подарившая миру «Белоснежку и семь гномов», пребывала в жутком состоянии: сотрудники неделями приходили на работу факультативно, долги составляли почти 80 миллионов долларов, а главное, не было стоящих идей. Эйснер исправил все, и сегодня студия Диснея не только сверхуспешный проекта, но и высокохудожественный. Прорывом стал мультфильм «Король лев». Эйснеру понадобилось меньше 10 лет, чтобы вернуть студии величие. Методы Майка Эйснера изучают во всех экономических ВУЗах.

Этот же фокус предстояло проделать Корни Литтману. Ситуация в «Санкт-Паули» напоминала диснеевскую с той лишь разницей, что никакого выдающегося бэкграунда у «пиратов» не было. Новый босс мигом осознал, он угодил в западню. Клуб погряз в долгах, а наблюдательный совет устроил новому президенту  травлю при помощи издания «Bild». В совете далеко не все обрадовались новому назначению, а газета вовсю потешалась над Корни, назвав его «Президентом старых дев».

«Все летело к чертям! А потом я пришел на стадион и увидел 16 тысяч человек неистово переживающий за свой клуб!» Это было в январе 2003-го. В Гамбурге стоял 10-градусный мороз, до спасения было 8 очков, а старый «Миллернтор» все равно забивался по завязку. Разве он мог все бросить?

Как известно, Корни Литтманн создал с нуля два театра без льгот, субсидий или телевидения. То же самое он проделал с «Санкт-Паули». Клубу не доставало двух миллионов евро, чтобы избежать введения внешнего управления. Собрать необходимую сумму удалось следующими мероприятиями:

GettyImages-73354597.jpg

«Пьешь пиво Astra — спасаешь Санкт-Паули». Собрано 120.000 €

«Спасатели»

За две недели было продано 140 тысяч маек с надписью «Retter» («Спасатель»)

«Пей за Санкт-Паули!»

Бары на Миллернторплац отчисляли в пользу клуба полевро за каждую проданную кружку пива. В итоге было собрано 20.000 €, а сам президент клуба признался, что «за неделю трижды похоронил свою печень».

Ряд благотворительных концертов — 270.000 €

GettyImages-52537221.jpg

«Парад проституток»

«Почему бы не поработать в мини-юбке, если это поможет клубу? У меня нет на этот счет комплексов, у меня здоровое отношение к проституции. А кому что не нравится, пусть ответит на простой вопрос: смог бы он торговать собою ради спасения любимой команды? Если нет — то пошел к черту».

Прямые пожертвования — 200.000 €

Большим событием также стал товарищеский матч «Санкт-Паули» — «Бавария». Мюнхенцы выиграли Кубок Чемпионов и Межконтинентальный кубок, но в бундеслиге сенсационно проиграли «пиратам» (1:2). Поэтому такой «товарняк» получил название «Чемпионы мира против победителей чемпионов мира». История получила планетарный резонанс. Кстати, именно «Санкт-Паули» — вторая (после «Баварии») по популярности немецкая команда за пределами Германии. Благодаря выдающейся работе маркетологов, «Веселый Роджер» оказался в пятерке самых продаваемых футбольных символик мира.

А потом Литтманн выписал чек для клуба на 400 тысяч евро и тут же угодил в лапы судебной машины. Собственные менеджеры подали в суд за то, что президент не согласовал с ними перевод. Тяжба не затянулась. Деньгами, заработанными театром, Литтманн мог распоряжаться по своему хотению. Это была знаковая для него победа: отныне он мог вести клуб к успехам так, как привык.

GettyImages-72850948.jpg

Скажем, понадобилось стадиону расширение. «Миллернтор» заждался реконструкции и по такому случаю босс устроил сущий карнавал. Вообразите! Три тысячи фанатов, петарды, воздушные шары, пиратские флаги и гигантский бульдозер, за рулем которого сам президент Литтманн. Бульдозер под грохот восторженных голосов снес сваи старой южной трибуны. В общем-то ничего необычного, если не знать, что разрешение на снос было получено… только через три месяца.

9 мая 2010 года клуб отпраздновал возвращение в первую бундеслигу. У руля команды были сплошь легенды «Санкт-Паули» Хольгер Станиславски, Томас Меггле и Андре Трульсен. В последнем туре второй Бундеслиги сезона 2009/10 «Пираты» обидно уступили «Падерборну» (1:2), а в параллельной игре «Аугсбург» в гостях побеждал «Кайзерслаутерн». Это означало, что «Паули» ждут стыковые матчи с «Нюрнбергом». На 90-й минуте игрок «Кайзерслаутерна» Эрик Йендришек вдруг сравнял счет и переходные матчи достались «Аугсбургу», а на стадионе «Миллернтор» началось натуральное безумие. «Санкт-Паули» впервые за 7,5 лет снова оказался в немецкой футбольной элите!

Через 10 дней клуб праздновал свое столетие и Корни Литтманн объявил о своего ухода с поста президента. Его трогательная речь заставляла плакать и смеяться одновременн:.

«Странное чувство. Буквально вчера я позировал на пляже с нашим вратарем Пликеттом, одетым лишь в трусы-танго в виде свиной головы. А сегодня я в черном строгом костюме и белой рубахе. Ухожу. И это мои последние слова как президента».

Он по-прежнему главная достопримечательность Гамбурга. Он не изменяет себе, выкуривая по несколько пачек сигарет в день и участвуя в акциях защиты прав и свобод человека. Он был одним из первых, кто поддержал Томаса Хицльшпергера после каминг-аута. Корни сделал все для своего любимого клуба, и всё же его призвание – быть актером. Это его дар. Но жизнь Корни Литтманна выходит в тысячу раз увлекательнее любой театральной постановки. Даже в «Театре Шмидта».

«У футбола и театра много общего, например — переживание спектакля. Телевизионная картинка становится всё лучше, а стадионы всё равно переполнены. Как и театры. На стадионе мир кажется загадочнее, а переживания сильнее. С той лишь разницей, что футбол больше зависим от случайности успеха. Вы же не думаете, что Леманн все мячи ловит по шпаргалке?»

Текст: Роман Нагучев

Фото: Bongarts

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s